Всемирно известный шансонье Шарль Азнавур в преддверии концерта в Москве рассказал о своем отношении к парламентским выборам в Армении, о том наследстве, которое досталось ему от отца, и как он находит сюжеты для своих песен.

Я никогда не говорю о политике. При этом у меня есть друзья-политики, с которыми мы беседуем об искусстве… И кого бы ни выбрал мой народ, я принимаю этот выбор. Я не занимаюсь политикой, но уважаю выбор своего народа. Я не люблю людей, которые ездят в другие страны и критикуют политику своей страны, для меня все отлично.

Моим языком является армянский, но рабочий язык – французский. Поэтому меня называют французским певцом, хотя все знают, что я армянин.

Я люблю свою работу и публику. Это главное для артиста. Если даже немного устаю, это меня не останавливает. Я должен выходить на сцену. Моя публика благодарна и преданна мне, она обогащает, заставляет идти дальше и совершенствоваться. Именно публика продлевает молодость.

Мой секрет – это энтузиазм и работа. У меня всегда с собой маленький, но очень тяжелый чемоданчик, в котором есть все, что нужно для работы. И никогда не было желания поставить точку в карьере. Если я остановлюсь, я умру.

Песня «Две гитары» (одна из самых известных песен в репертуаре певца – ред.) являлась частью репертуара моего отца, так как он исполнял не только произведения известных армянских исполнителей, но и песни на русском языке. В этой песне я пою припев на русском, потому что его невозможно перевести. На меня большое влияние оказали армянская поэзия, русская, американская и итальянская культура.

Мною было написано 1400 песен. Я пишу по песне каждый день. Но также уничтожаю многое из того, что написал накануне. Сначала кажется, что все отлично, но потом я нахожу недостатки. Таким образом, критиком номер один для себя являюсь я сам.

Я стараюсь говорить обо всех, кто находится в сложной ситуации, чтобы поддержать их. Сложно найти сюжет, о котором еще не рассказано, но я ищу. Зачастую сюжеты приходят сами собой. Так я написал песню, посвященную Геноциду армян, «Они пали».